В этот раз обошлось
Для руководителей, которые не хотят выяснять состояние своих резервных копий в день аварии.
Настраиваем копии баз 1С и сервера целиком, храним их за пределами вашей конторы и раз в квартал проверяем запуском — при вас.
Эта страница — про то, как подготовиться заранее. Если авария уже идёт, вам нужна другая: аварийная помощь 1С / SQL. Там про первые часы и про то, чего нельзя трогать, пока причина неизвестна.
Вторник, начало десятого. Бухгалтерия не может открыть базу. Через двадцать минут не может никто.
Директор спрашивает своего специалиста, всё ли серьёзно. Тот отвечает спокойно: копии делаются каждую ночь, потеряем в худшем случае вчерашний вечер, сейчас развернём.
Развернули через неделю.
Выяснялось всё по очереди, и каждый раз это была мелочь.
Скопировали только базу. А чтобы она открылась, нужен сервер: операционная система, СУБД, платформа, права, настройки, обмены с другими программами. Всё это собирали заново — по памяти, потому что описания не было.
Отказал не диск. Отказала плата, которая управляла всеми дисками сразу. Оригинал и копия уехали вместе, как ключи и запасные ключи в одной сумке.
Он отвечал по телефону из другого города, между экскурсиями. Неделю компания работала на бумаге.
У этой компании была копия. У неё не было восстановления. Это не одно и то же.
Спросите у себя: вы знаете, что копии делаются?
Скорее всего, да. Это единственное, что обычно проверяют.
Но в аварии от этого знания нет никакой пользы. Работают два других факта: поднимается ли ваша копия и за сколько. Их не проверяет почти никто — потому что проверить их можно только одним способом. Взять и запустить.
Огнетушитель
висит на виду · знаем, что он есть · надеемся, что работаетВаша резервная копия
даже не знаем, есть ли она, где лежит и работает ли вообщеПредставьте, что в момент пожара огнетушитель не работает. Или его вообще нет.
Не потому что взвесили риск и решили рискнуть. Просто руки не дошли: собирались, обсуждали, отложили до конца квартала. И так третий год.
Таких компаний больше, чем принято признавать вслух.
Настроили один раз — и забыли. Потом кончилось место на диске, сменился пароль, обновили сервер, уволился человек. Копирование тихо остановилось.
Оно не кричит. Оно просто перестаёт работать, и никто не замечает.
Файл создаётся каждую ночь, весит сколько надо, лежит где положено. А внутри нет ничего, что можно запустить.
Это худший вариант из трёх: в первых двух хотя бы нет иллюзий.
Авария случилась. Лучшее, что удалось поднять, — состояние базы на полгода назад.
Полгода отгрузок, платежей, актов, накладных и зарплат. Всё это вводить заново — или не вводить и жить с расхождениями, которые всплывут при первой же сверке.
Просто представьте, какие последствия будут для компании, если завтра базы 1С просто не будет…
Дело не в том, что люди не понимают. Понимают все.
На второй вопрос отвечают редко.
Авария — это всегда то, что случается с кем-то другим. С конкурентом. Со знакомым. В статье, которую вы дочитали пять минут назад и закрыли.
Пока не случается с вами. И в тот день выясняется, что вы ничем не отличались от тех, о ком читали. Они тоже были уверены, что с ними — не случится.
Так отвечают почти все. Это нормальное человеческое чувство, но это не план. В любом другом месте компании такой ответ вы бы не приняли.
«Авось поставят вовремя». Вы бы потребовали срок, договор и ответственного.
«Авось клиент заплатит». Вы бы посмотрели на отсрочку и на историю платежей.
«Авось не проверят». Такой ответ не проходит вообще никогда.
«Авось не сломается». А вот здесь почему-то проходит.
Не потому что кто-то беспечен. Просто этот вопрос не выглядит срочным — ровно до того дня, когда становится единственным.
Вы либо знаете, за сколько поднимете 1С и сколько потеряете, либо надеетесь. Третьего состояния нет.
Ниже — три вопроса и как прочитать ответ на каждый.
Правильный ответ — дата. Хотя бы примерная: в мае, перед Новым годом.
«Копии делаются каждую ночь» — ответ на другой вопрос. Он про то, что файлы создаются. Не про то, что из этих файлов что-то работает.
Правильный ответ — число часов.
«Быстро», «оперативно», «в течение дня» числами не являются. Если числа нет, значит, никто не измерял. А раз не измерял — сегодня вы узнаете его вместе с сотрудниками, стоящими у выключенных компьютеров.
Правильный ответ — место за пределами вашей серверной.
Если копия в том же помещении, что и сервер, то пожар, залив, кража и шифровальщик заберут её вместе с оригиналом. Одним движением.
Если ответы вас устроили — закройте эту страницу. У вас всё в порядке, и платить нам не за что. Читайте дальше, если хотя бы на один вопрос ответа не нашлось.
Считать принято часы простоя. На самом деле счетов приходит четыре.
Представьте, что вводить заново придётся не день, а полгода или год: накладные, счета-фактуры, акты, приходы, платёжки. Это не «работа бухгалтерии на неделю», это несколько человек на несколько месяцев.
Но главное даже не объём. Введённые заново данные должны сойтись с отчётностью, которую вы уже сдали в налоговую. Каждая декларация, каждый расчёт по взносам, каждая книга покупок и продаж.
Не сойдутся — вопросы придут вам. Пояснения, уточнёнки, камеральная проверка. И объяснение «у нас сломался сервер» уважительной причиной не считается.
Час работы считаем как зарплату, делённую на 164 рабочих часа в месяц. Налоги и взносы сверху не берём. Потерянные продажи, претензии и сдвиг платежей — тоже. Это нижняя граница, а не страшная цифра.
Вы платите их в день, который выбирает не ваш календарь.
В аварии выбор всегда дорогой, а времени на выбор нет. Решения принимаются те, что подвернулись, и по ценам, которые не обсуждаются.
В конец месяца, в отчётность, в сезон — тогда, когда нагрузка на сервер выше, а свободных рук в компании нет.
У него бывает отпуск, больничный и другая работа. Никто не виноват, но в тот день всё будет зависеть от того, возьмёт ли он трубку.
Система → СУБД → платформа → настройки → права → обмены → и только потом база
— как обычно разворачивают копию: сутки, если повезлоВключить
— как это устроено у нас: 15–30 минутОбычно копия — это файл базы. Чтобы из файла получилась работающая 1С, нужен сервер, а сервера больше нет. Каждый шаг несложный. Их просто много, и делаются они по памяти.
Мы храним другое. Не файл базы, а слепок сервера целиком: вместе с системой, программами, настройками, правами и всем, что там было настроено за годы. В аварии его не собирают заново.
В кладовке лежат доски, гвозди и хорошая пила. Во дворе стоит вторая такая же машина с ключами в замке. И то и другое называется «у нас есть запас». Только в первом случае нужен плотник и три дня, а во втором можно просто уехать.
15–30 минут — это включить слепок и убедиться, что люди могут работать. Зависит от размера базы, поэтому называем вилку, а не красивое число.
Это ровно то, что мы настраиваем. И то, что потом проверяем запуском, а не обещаниями.
Копия снимается образом всей машины, а не выборкой файлов базы: в неё попадают система, службы, настройки СУБД, права и база в согласованном состоянии. Запуск идёт из этого же образа в нашей среде виртуализации — без переустановки системы и без переноса файлов по одному.
Все, сколько их у вас есть.
Вместе с настройками, которые никто уже не помнит.
Рабочие машины бухгалтерии и руководителя, вспомогательные серверы, виртуальные машины с базами.
Раз в сутки, раз в час, чаще. От этого зависит одно: сколько документов сотрудники введут заново после сбоя.
На цену это не влияет. Ночная копия и почасовая стоят одинаково.
Мы берём за занятое место в хранилище, а не за расписание. Поэтому выбирайте по работе, а не по бюджету: сколько операций ваша компания готова повторить руками — час, полдня, сутки.
Запасные ключи держат у соседа или у родителей. Дома, в той же тумбочке, — бессмысленно: беда случается не с ключами, а с квартирой.
С копиями правило такое же и такое же старое.
Одна рабочая и две резервные. Одна копия — это не копия, а надежда.
Пожар, залив, кража и шифровальщик забирают не файл. Они забирают помещение целиком — вместе с сервером, соседним диском и той самой флешкой в сейфе.
Лежит у нас: своё оборудование, площадка в России, зашифрована. Из вашей сети до неё не добраться — а значит, не доберётся и то, что попадёт в вашу сеть.
Вам не нужно покупать второй сервер и искать, кто будет за ним следить.
15–30 минут — это про то, когда люди сядут работать. Не про то, что не потеряется ничего.
Разницу лучше узнать сейчас, а не в тот день, когда она проявится.
Что сделали после последней — придётся ввести заново. Промежуток можно сократить до часа и меньше. Обнулить его не может никто: ни мы, ни любая другая система копирования.
Поэтому мы храним не последнюю, а глубину за полгода: есть куда откатиться, даже если беда началась не вчера.
Она даёт людям работать, пока сервер чинят. Ремонт железа — отдельная работа и отдельные деньги, и мы не делаем вид, что копия его заменяет.
Мы не круглосуточная служба. Копии снимаются по расписанию без выходных и праздников — это делает система. А поднимают их люди, и работают они в будни с 9:00 до 18:00.
Заявка, оставленная вечером или в выходной, встаёт первой в очередь на утро. Эти 15–30 минут — наша работа, а не ваше ожидание.
Это самая скучная часть услуги. И самая полезная: ровно за неё вы платите каждый месяц, а не только в тот раз, когда всё сломается.
Без остановки работы
Настраиваем на работающей системе. Никого не выгоняем из базы, вечерних окон не просим.
Без покупки железа
Новый сервер для этого не нужен. Если он вам понадобится, мы скажем об этом отдельно и с причиной, а не заодно.
Без разбора полётов
Мы не пишем отчётов о том, что у вас настроено неправильно. Задача — сделать так, чтобы работало, а не составить список чужих ошибок.
Без конфликта с вашим айтишником
Он остаётся в курсе и получает доступ ко всему, что мы настроили. Ему с этим жить дальше, и через его голову мы не работаем.
Без погружения в технику
От вас не нужно ни одного технического решения. Нужно решение о деньгах и один час на согласование.
Без шантажа
Копии ваши. Уходите — забираете их с собой. Не выкупаете, не выпрашиваете, не ждёте конца оплаченного периода.
Без сюрпризов в счёте
Сумма фиксированная. В середине месяца она не вырастет, и «внезапно понадобилось ещё» не появится.
Без чужих глаз в ваших данных
Отдельная учётная запись, ограниченные права, соглашение о неразглашении. Копии лежат на нашем оборудовании в России, по договору поручения на обработку персональных данных — том самом, которого требует закон.
Читать ваши документы нам незачем и неинтересно.
Мы поднимаем вашу копию и показываем, что из неё работает 1С. Не поднялась — вы не платите за настройку и уходите.
Проверять нас на словах не нужно. Проверьте на своей базе.
Никто не заметит, что что-то настроили. Изменится одно: вы будете знать, что делать, если утром база не откроется. И это будет проверено на вашей системе, а не обещано в договоре.
Одна копия лежит не у вас. Раз в квартал приходит страница отчёта. Вопрос «а у нас точно всё копируется?» перестаёт всплывать в голове по вечерам.
Диск когда-нибудь откажет — это вопрос времени, а не везения. Разница в том, что теперь это полчаса ожидания и полдня работы одного человека, а не неделя, которую обсуждает вся компания.
Единственный признак того, что услуга работает, — вам нечего о ней вспомнить.
Ремонт сервера, если он вышел из строя. Настройка самой 1С, обновления и доработки. Разбор аварии, если она уже случилась, — это отдельная работа.
Тяжёлая работа делается один раз, при настройке. Дальше вы платите за место в общем хранилище и за проверки — а не за отдельный сервер, который стоял бы в простое под вашу компанию.
Дистрибуция, 85 человек
Файлы на серверах и на общем сетевом диске стали недоступны в одно утро. До копии за пределами конторы шифровальщик не добрался.
Оптовая торговля, 60 человек
Без предупреждений, просто не включился. Копию запустили в нашем хранилище: склад начал отгружать через 25 минут, менеджеры сели оформлять заказы почти сразу.
Заново внесли документы за два часа — столько прошло с последней копии. На это ушло полдня работы одного человека. Сам сервер чинили ещё три дня, но компания об этом не знала: люди работали.
Возможно, незачем. Проверьте тремя вопросами выше. Если ответы есть — у вас всё в порядке.
Да, для этого подписывается договор поручения на обработку персональных данных: мы обрабатываем их только по вашему поручению и не вправе использовать иначе.
Копии лежат на нашем оборудовании в России. Договор подписываем до первой копии.
Размер влияет на время запуска и на ежемесячную сумму — обе цифры назовём до начала работ.
Копируется у вас или у поставщика услуги? И проверял ли кто-нибудь, что из этих копий поднимается ваша 1С? Ответ обычно неизвестен.
Копии отдадим вам целиком. Ничего не удерживаем и выкупать не заставляем.
Копируем сервер целиком, а не одну базу. Отдельно перечислите, что для вас критично, — учтём при настройке.
Ничего заранее выяснять не нужно.
Покажите, что у вас настроено сейчас, — мы посмотрим и скажем две вещи: поднимется ли ваша копия и за сколько.
Дальше всё просто:
Системный администратор серверов 1С, Server360
Проверку копий делаю лично. Если у вас всё настроено правильно, я так и скажу.